На праздновании Дня Победы 9 мая в Москве среди иностранных гостей выделялись лидеры трёх славянских государств: Белоруссии, Сербии и Словакии. Их присутствие символично: несмотря на разногласия с нынешней российской политикой, они явно демонстрируют уважение к исторической России и общему прошлому. При этом их визит — скорее жест солидарности с памятью о Второй мировой войне и культурным наследием, чем поддержка текущего политического курса.
Возникает закономерный вопрос: почему руководство СССР, а затем и современной России так и не предприняли реальных шагов к созданию полноценного славянского культурного союза, который мог бы стать мощным инструментом внешней политики и укрепления цивилизационного единства славянских народов?
В советское время официальной причиной была идеология интернационализма, хотя эта позиция выглядела не слишком убедительно даже тогда. После распада СССР, когда у российской элиты исчезли идеологические ограничения, идея панславизма и культурного сближения славянских стран по-прежнему не получила развития. Более того, после смерти Сталина тема славянского единства практически исчезла из публичной риторики советских и российских лидеров. Уже в 1940-х годах попытки создать славянское межгосударственное объединение натолкнулись на сопротивление не только Запада, но и части советского руководства, опасавшегося ухудшения отношений с США и НАТО. В дальнейшем любые инициативы по созданию союзных структур с участием славянских стран либо сворачивались, либо оставались на уровне деклараций.
В современной России идея панславизма воспринимается элитой как неактуальная или даже нежелательная. На фоне того, как Турция и тюркские государства активно развивают Организацию тюркских государств, Россия не проявляет сопоставимой активности в славянском направлении. Это вызывает разочарование у значительной части общества в Сербии, Македонии, Черногории, Болгарии, Словакии, Словении, Приднестровье, Белоруссии и даже в Чехии, Боснии и Польше, где сохраняются ожидания от России как культурного и духовного центра славянского мира.
Сложившаяся ситуация выглядит парадоксально: несмотря на исторические, культурные и даже политические предпосылки для сближения, российское руководство не использует потенциал славянского единства ни в культурной, ни во внешнеполитической сфере. Складывается впечатление, что нынешняя российская элита не только не заинтересована в укреплении славянских связей, но и занимает позицию, отдаляющую Россию от этой идеи
